Мы хотим исключить посредников, - руководитель «Днепразота»

Глава правления АО «Днепроазота», депутат Каменского городского совета Сергей Сидоров в интервью УНИАН рассказал, как получилось, что предприятие стало единственным в Украине по производству хлора, почему компания вынуждена поднять цены и приведет ли это к повышению цен на воду для потребителей.
 В Украине – паника. Многие города один за другим стали заявлять о минимальных запасах хлора – основного реагента для бесперебойного обеспечения населения питьевой водой. После этого о возможном нарушении нормального функционирования объектов жизнеобеспечения населения и опасности для здоровья людей заговорили на высшем государственном уровне. Все обвинения посыпались только в один адрес – руководства акционерного общества «Днепразот» - единственного в Украине предприятия, которое сохранило коллектив и оборудование для производства хлора, случайно став таким образом монополистом по выпуску, как теперь оказалось, стратегической продукции. УНИАН встретился с председателем правления АО «Днепразота», чтобы выяснить, насколько справедливы нападки в адрес предприятия, по какой причине месяц назад остановился завод и слышит ли их аргументы власть, включая Антимонопольный комитет. Интервью с Сергеем Сидором состоялось в четверг, 19 июля, сразу после заседания АМКУ.
- Судя по последним событиям, «Днепразот», о котором ранее мало кто знал, вдруг стал стратегическим предприятием, влияющим на национальную безопасность страны. Но первый вопрос у меня в отношении Антимонопольного комитета. Почему туда обратились и довольны ли его решением?
- К сожалению, так произошло, что наше предприятие стало единственным в Украине, которое может производить хлор, который, в свою очередь, используется для очистки воды водоканалами. Поэтому мы обратились за разъяснением в Антимонопольный комитет: можем ли мы поднять цены на хлор? Ведь, чтобы производить хлор, необходимо снова запустить все подразделения предприятия после только что проведенного капитального ремонта. А мы этого пока не можем сделать. Высокая цена на газ делает убыточной и невыгодной работу «Днепразота». С другой стороны, мы понимаем всю важность для страны возобновить производство хлора. Но видим, что вокруг нас слишком много спекуляции и манипуляции. Далеко не все понимают, что производство хлора и хлорсодержащих продуктов занимает в нашем общем объеме продукции всего лишь 10%. И его производство не может обойтись без остальных вспомогательных подразделений предприятия, которые тоже должны работать.
- Не пришлось ли урезать расходы?
- Пришлось. Мы минимизировали, как могли, все расходы. Но в целом оборудование и коллектив сохранили. Однако если запускать производство, то наши затраты значительно вырастут. Соответственно, мы рассматриваем поднятие цены на хлор.
- Обращение «Днепразота» в Антимонопольный комитет вызвало не меньший ажиотаж, чем остановка самого завода. Стали пугать, что повышение цены на хлор автоматически приведет к повышению цены на холодную воду для потребителей.
- По поводу роста цен на воду, абсолютно нет взаимосвязи. Тем более, что обращением в Антимонопольный комитет мы хотим лишь установить цены, которые уже существуют на рынке. К тому же, мы хотим работать с водоканалами напрямую, минуя посредников. Ведь это же посредники поднимают цену, а не мы. Среднерыночная цена закупки не должна измениться, а в некоторых случаях может даже упасть. Представьте себе, «Днепразот» продавал хлор по цене десять тысяч четыреста гривен, а к водоканалам этот хлор доходил, если посмотреть систему закупок «Прозорро», по цене от 12 тысяч и до 66 тысяч. Таким образом, утверждение, что если мы поднимем цену, то это автоматически отразится на цене кубометра воды для потребителя, в корне неверно. Мы хотим исключить посредников и призываем водоканалы работать с «Днепроазотом» напрямую. Кстати, на предприятии действует прямой договор только с одним водоканалом на закупку хлора. Все остальные водоканалы, насколько мне известно, работают через посредников. И, во-вторых. В себестоимости подготовки воды процент хлора совсем не большой – в зависимости от метода очистки и возможностей производственного оборудования. Хотя, замечу, хлор остается очень важным элементом по очистке воды.
- И все-таки – как вы воспринимаете решение Антимонопольного комитета. Вам разрешили поднимать цены на хлор?
- Решение Антимонопольного неоднозначное. На сайте регулятора каждый может с ним ознакомится. В нем они, с одной стороны, утверждают, что предприятие вправе самостоятельно устанавливать рыночные цены на продукцию, с другой – намекают о возможности применить санкции за нарушение антимонопольного законодательства. А за что можно применить санкции? Только за якобы необоснованное повышение цен на продукцию. Поэтому, чтобы этого не произошло, еще в начале июля «Днепразот» обратился в АМКУ и предоставил все данные о деятельности предприятия.
- Но вы все равно остерегаетесь подвоха? С другой стороны – вы же знаете украинские реалии. Если будет дана команда наказать предприятие, Антимонопольный выполнит эту команду, независимо от того, имеются ли для этого основания.
- Прекрасно понимаю. Именно поэтому у нас есть опасения, что через какое-то время, когда спадет ажиотаж вокруг необходимости производства хлора, к нам могут применить санкции. А любой штраф автоматически приведет к остановке завода и потерь производства. Поэтому мы до сих пор надеемся получить текстовую часть заключения Антимонопольного комитета, изучить его и окончательно определиться – можем ли уверенно работать и не бояться, что рано или поздно Антимонопольный комитет применит к нам штрафные санкции. Кстати, когда-то уже так было. Несколько лет назад мы незначительно увеличили цены на гипохлорид натрия и АМКУ тут же выставил нам штраф, который, в результате, пришлось погасить и предприятие понесло убытки. Поэтому мы не хотим повторения ситуации.
- А разве вы монополист и по этой продукции?
- Нет, но в Антимонопольном решили по-другому. Давайте вернемся к события месячной давности. Что стало последней каплей для остановки завода? Цена на газ. Во втором квартале 2018 года цена на газ существенно выросла. В масштабах завода это вылилось в колоссальную сумму – около ста миллионов. То есть для того, чтобы выпускать продукцию в запланированных объемах, нам необходимы дополнительные средства. И в это время происходит падение цен на продукцию. К примеру, цена на карбамид с трехсот долларов падает до двухсот тридцати. Разумеется, что в таких условиях работать себе в убыток никто не собирается. Теперь, чтобы было понятно о работе предприятия в разрезе выпускаемой продукции: основная наша продукция – это карбамид и аммиак. Карбамида мы выпускали шестьдесят шесть тысяч тонн в месяц, а аммиака - порядка семи тысяч тонн. И все остальное по чуть-чуть. Примерно тысяча триста тонн хлора, порядка трех тысяч каустика и четырех тысяч тонн соляной кислоты. Так что сами можете сравнить – тысяча триста тонн хлора против шестьдесят шесть тысяч карбамида. Именно поэтому цена на голубое топливо для нас, как и всей химической отрасли, является основополагающим вопросом. Ведь газ – это наше сырье.
- Но раньше для химотрасли газ поставляли по меньшей цене, чем остальным.
- Да, так было раньше. Для этого были специально разработаны коэффициенты понижения цены на газ для предприятий химической отрасли. Но в последние годы эти коэффициенты отменили и ввели единую цену для всех промышленных предприятий. Однако каждое предприятие по-разному использует газ. К примеру, для металлургов повышение цены на газ не особо влияет на затратную часть. Голубое топливо в их производстве занимает небольшую долю, максимум, 10%. У нас – наоборот. Цена газа в себестоимости составляет 90%. Для нас наступают тяжелые последствия даже тогда, когда цена на газ повышается всего на сто гривен. Есть еще интересная деталь. Зачастую к зиме цены на газ повышаются, а к лету падают – ведь снижается его потребление. Мы ориентировались на эту тенденцию. Но в этом году произошло все наоборот - цена на газ к лету выросла. А цены на конечную продукцию начали падать. Все это приводит к тому, что производство минеральных удобрений становится нерентабельным. А это, еще раз повторюсь, как раз наша основная продукция.
- А как же в таких условиях работают остальные предприятия химической отрасли?
- Возьмите, как говорят, жемчужину химической отрасли – Одесский припортовый завод. Он стоит и уже длительное время. С огромными долгами. Черкасский «Азот» включился. Но они работают на привозном аммиаке, который завозится из других стран - Узбекистана, Казахстана, Беларуси, России, которые могут позволить себе выпускать дешевый аммиак, поскольку у них дешевый газ. Я не знаю, кстати, куда смотрят соответствующие органы власти, разрешая завозить дешевый аммиак и создавая нездоровую конкуренцию. Ведь понятно – с высокими ценами на газ украинский производитель автоматически несет убытки.
- Но может быть тогда и вам воспользоваться завозным аммиаком?
- «Днепразот» не может работать на привозном аммиаке, поскольку из него делают только аммиачную селитру. А мы ее не выпускаем.
- Иногда в СМИ можно почитать мнения экспертов, утверждающих, что украинская химическая промышленность не выдерживает конкуренции, потому что собственники не инвестируют в предприятие. Что можете сказать поэтому поводу?
- Это к нам не относится. Как раз в 2018 году «Днепроазот» приобрел новое оборудование на 130 миллионов гривен. Весной провели капитальный ремонт с привлечением зарубежных специалистов. И к лету были готовы включиться, но тут подскочила цена на газ. Подсчитали экономику и поняли – минус 108 миллионов. Отсюда и заключение. Какое предприятие будет работать себе в ущерб?
- Хорошо. Вы сейчас в разговоре со мной четко и аргументировано обрисовали ситуацию. Ранее власть анонсировала желание провести совещание и разобраться в ситуации. Ваши аргументы услышаны?
- Да совещания были, в том числе с участием вице-премьера Геннадия Зубко. Нас выслушали, в протокол записали проблемы и, наверное, должны изучить проблему. Было совещание с участием водоканалов. Я им озвучил, что мы, как производитель, продаем хлор в разы дешевле, чем они покупают его у посредников. Конечно, получается парадокс – единственное предприятие, которое сохранило специалистов и оборудование для производства хлора, предприятие, которое отапливает целый район города и является вторым бюджетообразующим в Каменском, не может поднять цены на хлор для покрытия убытков, иначе попадает под санкции Антимонопольного комитета. Вместе с тем, те посредники, которые покупают у нас хлор и перепродают его втридорога не попадают ни под какие санкции…
- Почему водоканалы не могут покрыть дефицит хлора из-за рубежа?
- Я не изучал этот вопрос, не знаю. Думаю, при желании, могут. В социальных сетях уже появилась информация о закупках в Румынии, Словакии.
- Тем не менее, при всех нюансах, о которых вы рассказали, было заявление, что предприятие готово запустить производство хлора. Это так?
- Да, сегодня закончены подготовительные работы к включению производства, оборудование находится в рабочем состоянии. В ближайшее время ожидается выпуск первой продукции. Единственный вопрос, который на сегодняшний день нас сильно беспокоит: не попадем ли мы через какое-то время опять под санкции, расценят ли поднятие цены на хлор как нарушение антимонопольного законодательства? Удивительно, конечно, но у меня сложилось впечатление, что уполномоченные Антимонопольного комитета куда больше доверяют информации, опубликованной на различных сайтах, чем предоставленной и завизированной информации от завода, за которую я, как председатель правления, несу ответственность.
- Какую цену «Днепроазот» считает приемлемой для продолжения производства хлора?
- Вообще, наиболее правильный ответ – цена должна быть средневзвешенной по рынку. А на рынке есть цены как 12 тысяч, так и 66 тысяч. Еще раз хочу подчеркнуть – да, мы запустим цеха по производству хлора. Но вынуждены будем и дальше нести затраты на содержание оставшейся инфраструктуры. Даже могу привести такой элементарный пример. Раньше мы заправляли тепловоз, который тянул целый состав с нашей продукцией. А теперь этот тепловоз будет тянуть всего-навсего одну цистерну. Понятно, что расходы те же (на машиниста, на электриков, ремонтников), а шансы заработать на продаваемой продукции многократно сокращены.
- А как вообще получилось, что «Днепразот» стал монополистом по выпуску хлора? Неужели в Украине больше не было других предприятий?
- Это очень интересный вопрос. «Днепроазоту» в мае 2018 года исполнилось 80 лет. После обретения Украиной независимости многие предприятия химической отрасли закрылись. В итоге, еще, как минимум, два предприятия должны были производить хлор – это первомайский «Химпром» (с потенциалом втрое больше, чем у нас) и калушский завод «Ориана», который в последнее время производит лишь газообразный хлор – а упомянутый «Химпром» и вовсе порезан на металлолом. И вышло так, что единственный производить хлора в Украине остался только «Днепразот».
- Получается, что вместо поддержки – за то, что не только оставили оборудование на заводе, но и установили новое для производства хлора – предприятие всегда могут наказать за монопольное положение?
- Абсурд, но это так.


В связи со сложной ситуацией в Украине, а также с участившимися случаями откровенно неадекватных - оскорбительных, призывающих к насилию и разжигающих вражду - комментариев, возможность комментирования материалов на "Кстати+" временно закрыта.


Другие новости

Loading...

Реклама